Биолог обиделась:
- Я имею дело с благородными животными...
Но робот не слышал ее. Он бежал по коридору, где в самом конце мелькнул черный хвост. Кошка выскользнула из рук хозяйки в открытую дверь: она надеялась только на свою ловкость.
- Возможно, я отвыкла от некоторых форм земной жизни, - продолжала Ирина-Александровна. - Крылатые змеи мне кажутся куда более симпатичными...
- Конечно, - горячо поддержал Олег, - крысы с древних времен были врагом человека.
- Сжирают все на свете, - пояснил Карен.
- Очень противные, - вздохнула Алька.
- Я вижу, вы знаете многое о грызунах. - Биолог повернулась к Папу. Представьте, когда я вошла в каюту, эта разбойница грызла мою рукопись...
- Я читал ваши книги, - смутился Пап.
- Но последняя могла быть съедена. - Биолог встала. - Посмотрим, понравится ли ей моя Мись. - И Ирина Александровна ушла, окликая убежавшую серую Мись.
Пап с удивлением отметил, что он плохой воспитатель: ребята незаметно исчезли.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ, в которой исследуется Шар Пути
- Вот он!
Карен широко открытыми глазами смотрел на свою ладонь. Загорелое лицо его чуть побледнело. На ладони лежал прозрачный шар с серебристой паутиной внутри.
- Шар Пути, - прошептал Олег, заглядывая в лицо друга.
Шар, поворачиваясь в руке Карена, сплетал и расплетал нити. Рисунок мгновенно менялся. Тысячи путей вели корабли к звездам, где-то среди этих линий тянулась тонкая нить "Виктории".
Все, что было завоевано за столетия космонавтикой, заключалось в простом и прекрасном шаре. Он был драгоценнее любого земного алмаза, любой ювелирной находки с других планет, потому что таил в себе знания человечества о галактиках, звездах и планетах, гигантских туманностях и абсолютной пустоте, законах космического времени и пространства, так не похожих на земные.
Когда-то очень давно люди построили первые ракеты, запустили над Землей спутники и станции, высадили разведчиков на планетах Солнечной системы. С середины двадцатого века, после полета Юрия Гагарина, слово "космонавт" означало одну из самых почетных и трудных профессий.